Альберт Николаевич Бенуа  (1852-1936)

Зима (село Высокое). 1889

 


В собрании Астраханской картинной галереи находится шесть акварельных работ А.Н.Бенуа, приобретенных П.М.Догадиным в 1914-15 гг., в том числе замечательная по своей реалистичности и мастерству исполнения акварель «Зима». Она была приобретена первой в 1914 г. у московского живописца и коллекционера И.Крайтора.

Ученик Людвига (Луиджи) Осиповича Премацци (1818-1891), итальянца по происхождению, известного аквалериста и академика живописи, Альберт Бенуа по окончании Императорской академии художеств в Санкт-Петербурге, получил звание классного художника и архитектора. Но как архитектор он работал недолго. Много путешествовал, писал акварельные пейзажи, в 1887 г. стал членом-учредителем и главой «Общества русских аквалеристов», преподавал в Академии художеств, действительным членом которой являлся с 1894 г.

В своих многочисленных поездках Альберт Бенуа создавал акварельные пейзажи побережья Финского залива, Кавказа, Крыма, Поволжья, Северной Африки, Средиземноморья, Сибири, Китая, Японии, Кореи.

Акварель «Зима», сдержанная по колориту, удивительно точно передающая настроение сурового зимнего пейзажа, - свидетельство мастерства художника. Об этом мастерстве и особенностях авторского стиля работы упоминает  в своей статье, написанной на смерть Альберта Николаевича, его младший брат Александр Бенуа (1870-1960): «Продуктивность Альберта Бенуа уже тогда (речь идет о конце 1870 - нач. 80-х гг.) была баснословной. Вырвавшись из города после утомительного дня, проведенного на службе (скромный бюджет не позволял ему тогда отказываться от всяких архитектурных заказов), вырвавшись на дачу - в Парголово, на «Кушелевку» или в Петергоф, Альберт, едва перекусив, бежал на этюды и успевал в один вечер сделать их не один, а несколько... Вся работа шла «по мокрому», это требовало безошибочного расчета, ибо, пока подсыхала одна часть, надлежало успеть набросать другую и вернуться к уже написанному, дабы заняться детальной разработкой. И все же от этого «расчета» в окончательном виде не оставалось ни малейшего следа; создавшийся в какие-либо полчаса этюд, казалось, был сделан без малейшего затруднения, точно по волшебству».